Ренар Холл  - Екатерина Романова

— А теперь. Что ты можешь сказать о графине Оруэл?

— Графине Оруэл? — хищно улыбнулась девушка. — А что вы можете предложить в награду, герцогиня? Потому что мне известна информация, которая поможет вам навсегда избавиться от соперницы.

Щеки ее светлости вспыхнули от предвкушения и, отправив брата подальше, она взяла Летицию под локоток и вывела из столовой, под предлогом, что прислуга покажет ей замок.

— Говори, — приказала она, когда девушки остались в одиночестве. — А я в долгу не останусь. Когда стану здесь хозяйкой, то сделаю тебя патронессой. Слово леди.

— А еще я хочу наряд, как у графини Валентайн.

— У кого?

— Графиня Оруэл — целительница, уехала из Ренар Холла две недели назад. Ей не удалось вылечить хозяйского лаки. А за обедом я прислуживала графине Валентайн.

— Вот как? — обомлела герцогиня. — Выходит, эрцгерцог обманул короля? Но зачем?

— Возможно, за тем, что графиня, ко всему прочему, работает прислугой в его доме.

— Прислугой? — еще больше удивилась ее светлость. — Король целовал руку прислуге? За такую информацию ты заслуживаешь более чем щедрого вознаграждения. Держи.

В ладошку Летиции посыпались золотые монетки, существенно округлившие глаза служанки.

— Если у тебя появится что-то еще — я всегда в твоем распоряжении. Больше никому не говори о том, что ты сказала мне и ничем не выдавай, что заклинание спало. Относись к графине со всеми почестями. Поняла?

— Поняла, ваша светлость.

— Ступай.

Герцогиня, хищно улыбнувшись, уже предвкушала скандальное разоблачение соперницы, но не спешила пускать информацию в ход. Хороший мастер интриг знает — всему свое время и подобные факты способны утопить человека лишь в том случае, когда будут преподнесены в нужное время и в нужном месте.

* * *

Я выбежала из столовой, словно сама темная богиня гналась следом. Возможно, так оно и было. Несмотря на лучезарную улыбку короля, он высосал из меня все соки. И чего только я далась ему? Словно мне мало Джаспера и его высочества. Ведь я прибыла в Ренар Холл чтобы поправить благосостояние своей семьи, поскольку никто из господ не захотел взять замуж девушку из разорившегося графского рода. Здесь же сразу два господина куда более знатных, нежели бароны и графы, к которым мы обращались с соответствующим предложением, сами изволили поучаствовать в моей судьбе. С чего вдруг? Я не верила в совпадения…

Сама не заметила, как, спасаясь от проблем, прибежала… в конюшню. Гессен, завидев меня, с ловкостью лани перепрыгнул закрытые двери стойла и принялся скакать вокруг. Чтобы порадовать подопечного, я достала пучок шалфея и угостила шалунишку. После он с удовольствием скушал тамбалы и уперся влажными губами в мою грудь. Пожалуй, единственный мужчина, которому я могла это позволить, был… животным. Усмехнувшись подобной мысли, я погладила лаки по шее и поделилась произошедшим.

— Внимание короля меня пугает, — закончила я. Гессен неодобрительно зарычал.

— Не понравился король? — он отрицательно помотал головой. Я чувствовала, что шалун все понимает, но, чтобы настолько, что мы можем общаться — казалось невероятным.

— А господин Ренар? Почившая патронесса Даберпул велела его опасаться.

Лаки фыркнул.

— Вот и я не знаю, о каком господине она говорила. О его высочестве?

Гессен облизнул шершавым языком мой лоб и ласково потерся об меня шеей.

— Значит, о Джаспере?

Лаки помотал головой и фыркнул.

— Я тебя не понимаю, дружочек. Джаспер желает мне зла?

Гессен отрицательно помотал головой.

— Но… я должна его опасаться?

Совершенно точно животное кивнуло. В благодарность за совет, я погладила его по шее и обняла. Мы немного понежились, я осмотрела ногу животного и, только когда убедилась, что он сыт и здоров, отправилась в свои покои. Удивительное дело, но чувствовала я себя полностью восстановленной. Король словно забрал все силы, а Гессен — вернул их обратно. На моих губах играла легкая улыбка, которая, впрочем, тут же была стерта… Я по привычке возвращалась в комнату по коридору для слуг и застала Эрдана за выносом моих вещей:

— Эрдан? Это как понимать?

— Вас переселяют, графиня. Негоже это, что вас в комнате для слуг расположили. Ошибка какая-то. Велено рядом с господской опочивальней поселить. Идемте, я покажу и заодно вещи перенесу.

Отведенные мне комнаты, именно комнаты, потому что это был целый ансамбль, действительно оказались по соседству с господскими, а, если быть точнее, прямо напротив. Первым моим желанием было вспылить, ворваться в кабинет его высочества и высказать возмущения коих скопилось уже не мало, но я понимала, что именно такой реакции эрцгерцог и добивался. Нет. Я с холодным смирением приму и кулон, и наряды, и переселение, и… покрытые инеем розы.

В окружении роскоши я чувствовала себя неуютно. Да, мы жили богато, но не до такой степени, чтобы украшать стены шелками со вставками из драгоценных камней и стелить на кровати сатин с живыми магическими узорами. По покрывалу и шторам летели искрящиеся серебристые снежинки.

Эрдан принес мои вещи, но хотелось побыть в одиночестве, потому я настояла, что разложу все сама, объяснив желанием перебрать гардероб. Справилась быстро, заодно оценив щедрость и вкус господина Ренара.

Прогулялась по комнатам и, несмотря на роскошь, нашла их достойными и изысканными. Невзирая на обилие драгоценных камней, в основном сапфиров и аквамарина, они гармонично дополняли интерьер спальни, гостиной и рукодельной зоны… Рукоделие. А ведь мне казалось, что будет достаточно времени закончить картину той незнакомки, что жила в моей комнате прежде.

Взглянула за окно, которое выходило во внутренний двор, и замерла: к парадному входу беспрестанно подъезжали кареты. Я впустила служанку и вернулась к окну, разглядывая шикарные наряды дам и оценивая безупречные манеры мужчин.

Айра разложила на кровати платья и ждала.

— Удивительно, что не слышно шума. Куда же пропадают гости?

— Им отведены комнаты третьего этажа в соседнем крыле, чтобы господин и постояльцы могли отдыхать спокойно.

— Постояльцы? Здесь чьи-то еще комнаты? — сердце неприятно екнуло, ведь я догадывалась, кого подразумевала девушка.

— Герцог Ламони с детьми расположился рядом с комнатами господина Ренара.

Поджала губы и отошла от окна, подарив девушке улыбку.

— В какое платье госпожа желает нарядиться к балу?

Я и забыла, что слуги под внушением. Жаль, что нельзя обсудить с Айрой девичьи тревоги. Хотя, признаться, у меня никогда не было близкой подруги, которая бы разделяла мои волнения, в том числе сердечные… Здесь же единственным преданным другом стал лаки. Во всяком случае, я могу быть уверена, что он не посмеется надо мной и никому не расскажет секретов, которые ему доверены.